Аристотель Онассис и его женщины


Был пасмурный осенний день. Работа в аэропорту Кеннеди шла своим чередом. Огромные лайнеры взлетали и приземлялись строго по расписанию. «Боинг-707» греческой авиакомпании «Олимпик Эйрвейз» с 85 пассажирами на борту уже выкатил на взлетно-посадочную полосу и готовился взмыть в воздух, когда в салоне появилась смущенная стюардесса и объявила об отмене рейса, уверив шокированных путешественников, что возмещение всех убытков авиакомпания берет на себя.

Как только последний пассажир покинул самолет, кортеж бронированных автомобилей доставил к трапу семейство Кеннеди: Жаклин с детьми, ее мать, телохранителей и горничных. Ничего особенного не произошло. Виновник событий всего лишь следовал своей главной заповеди: «Единственное, что принимается во внимание, — это деньги. Тот, кто обладает ими, и есть настоящий король наших дней». А когда настоящий король слышит от женщины своей мечты долгожданное «да», то вместо сантиментов он отдает лаконичный приказ: «Вылетай ко мне. Сейчас же. Немедленно». И она летит. «А как же пассажиры?» — смущенно спросила Жаклин. — «А пассажиры, моя дорогая, могут подождать. У них есть то, чего нет у меня, — способность покоряться независящим от них обстоятельствам». Французский «Пари-матч» так прокомментировал этот вопиющий случай: «Надо обладать поистине королевской властью, чтобы прервать международный рейс, высадить десятки пассажиров и занять их места. Этого не могут себе позволить даже монархи». На такое мог решиться только Аристотель Онассис — самый знаменитый миллиардер на Земле, тиран и, как называли его друзья, «очаровательный психопат без моральных принципов».



Аристотель Онассис: «Деньги лучше женщин!»

Когда в семье греческих эмигрантов Сократа и Пенелопы Онассис 15 января 1906 года родился долгожданный сын, отец был вне себя от счастья — будет кому передать выстроенный непосильным трудом табачный бизнес. Сократ отличался крутым нравом и с членами семьи обращался строго. Доставалось всем, особенно Аристотелю — на него возлагались особые надежды. Маленький Ари очень старался завоевать любовь папы, но в ответ получал только очередную порцию критики. «Отец ни разу не простил меня. Именно у него я научился безжалостно обращаться не только с теми, на кого мне наплевать, но и с самыми близкими. Благодаря этому навыку я разбогател. Благодаря ему меня любили меньше моих денег. Но мне наплевать», — говорил Аристотель.

Учиться Ари не любил и в школах долго не задерживался — слишком часто проявлял свой бунтарский характер. Однажды его выгнали за то, что он ущипнул за задницу проходящую мимо учительницу: «У нее была такая красивая задница, что мне было бы наплевать, даже если бы меня потом расстреляли. Я долго терпел, но потом перестал терпеть и схватил то, что мне нравилось. С тех пор я только так и жил. Это залог успеха и счастья». В шестом классе Онассис решил, что школа мешает его насыщенной походами в бары и публичные дома жизни, и бросил ее. «Школа научила меня только одному. Чем беднее женщина, тем больше я могу ей дать и тем больше я могу взять у нее. Учительницы, ученицы. Я встречал там много бедных женщин».

В 1922-м Турция одержала победу в трехлетней войне с Грецией. Турецкие войска ворвались в Смирну, и от города остались одни руины, а Сократ Онассис лишился всех своих сбережений. Три дяди Ари были убиты, а несколько родственников сгорели заживо в церкви, в которой прятались вместе с другими греками от преследования турок. Отца, мать и сестру Аристотеля бросили в тюрьму. «Я не знаю, почему меня не убили, но не арестовали меня только потому, что одному из этих турецких... (нецензурное слово) приглянулся наш дом и ему нужен был слуга». Онассис при помощи влиятельных друзей вывез мать и сестру в Грецию, но с отцом, которого к тому времени перевезли в турецкий концлагерь, возникли сложности. «Кусок за куском я отламывал ломти от семейного состояния, чтобы освободить отца. Взятки тому, подарки этому. Я сделал это. Я освободил отца, и я его обанкротил». Когда Сократ Онассис вышел из концлагеря и узнал, чего стоила его свобода, он выгнал Аристотеля из дома.

Аристотель уехал в Аргентину, чтобы вздохнуть свободно, пожить своей жизнью и, конечно же, разбогатеть. «Я рос парнем, у которого всегда были деньги. Жизнь бедняка мне не шла. Нужно было это исправить», — говорил Онассис. Первым, что ему удалось исправить в Аргентине, стало не финансовое положение, а недостаток общения с женщинами. «Я устроился ночным дежурным в телефонную компанию. Платили гроши, но я не уволился оттуда, пока не переспал с каждой телефонисткой. Это была моя цель, а я очень целеустремленный». Днем до работы Аристотель торговал «найденными» галстуками и той информацией, которую «случайно» подслушал, когда соединял чужие телефонные разговоры. За несколько месяцев у него собрался компромат на всех влиятельных людей страны. Дела с финансами стати резко улучшаться: «Я начал богатеть ровно в ту минуту, когда наплевал на закон».

Наблюдательный и опытный в табачном бизнесе Аристотель заметил, что в Аргентине курят крепкие кубинские сигары: «Слишком крепкие, чтобы мужчины могли курить их одну за другой, и слишком крепкие, чтобы женщины могли получать от них удовольствие. А там, где женщина может получить удовольствие, всегда есть залежи денег». Онассис понял, что это его шанс. Он сделал большую закупку мягкого турецкого табака, расфасовал его в красивую упаковку и раздарил всем известным актерам и актрисам Буэнос-Айреса. Уже через месяц курение турецкого табака было самым модным занятием в городе. Через три месяца Онассис стал богаче, чем его отец был в лучшие свои годы. «В любом бизнесе важны влиятельные мужчины и красивые женщины», — говорил Аристотель.

И о женщинах Аристотель Онассис не забыл. Его компания наладила выпуск сигарет Caballero с золотистым фильтром — дамам из высшего общества. Для рекламы новинки идеально подошла любовница Ари, популярная певица Мария Оу. «Любовь женщины важна, потому что, полюбив тебя, она будет готова на все», — повторял Онассис.

Для борьбы с конкурентами в ход шли любые средства. Люди Онассиса вспарывали тюки с табаком и впрыскивали плохо пахнущие химические растворы в коробки с сигаретами других поставщиков. Результат — 600 тысяч долларов дохода за первые два года в бизнесе и укрепившаяся уверенность будущего магната, что финансовый Олимп ему покорится: «Я всегда знал, что буду богат, но после успеха с табаком понял, что буду богат очень скоро».

Аппетиты Аристотеля к деньгам и власти можно было сравнить только с аппетитом к женщинам. По словам его личного секретаря Кики Феруди Муцацос, Ари был далеко не красавцем, но всякая женщина, находящаяся рядом с ним, готова была поклясться, что привлекательнее Онассиса мужчины на Земле просто не существует. «Они, — говорил Аристотель, — смотрят на меня, а видят мои деньги. Конечно же, я для них чертовски красив! Но это честная сделка. Они получают жалкие деньги, а я получаю великолепный секс и все их связи».

К началу Второй мировой войны тонкое чутье Аристо подсказало ему инвестировать все имеющиеся у него средства в покупку танкера. Это казалось крайне выгодным вложением, так как потребление нефти росло, а суда воюющих держав регулярно тонули. У владельцев танкеров из нейтральных стран открывались безграничные возможности.

Онассису повезло не сразу. В 1940 году, когда казалось, что Англия побеждена и скоро капитулирует, он писан своей любовнице Ингеборге Дедихен из Лондона: «Все мои труды двух десятилетий могут пойти прахом. Все жертвы могут оказаться напрасными. У многих в моем положении опустились бы руки, и самоубийство кажется логичным выходом. Но я не сдамся, красавица, а то ты перестанешь меня любить». Ингеборга не перестала. Ее отец, владелец норвежской судоходной компании, вложился в новый бизнес Аристотеля, дав ему возможность поехать покорять Америку. Но в военное время даже добраться до Америки живым было практически невозможно: «Десять дней и ночей я спал не раздеваясь. Ночью я располагался на диване в курительной комнате, чтобы при необходимости успеть выскочить на палубу первым».

Но все обошлось. Успешно добравшись до Америки, Онассис тут же взялся за дело. Он приобрел сразу десять американских супертанкеров, хотя они были запрещены к продаже иностранцам как объекты стратегического значения. Формальными владельцами фиктивной компании стали четыре уважаемых американских гражданина (один из них — бывший адмирал). Позже Онассис и его родственники перекупили акции, и Аристотель стал владельцем целого флота. Расчет сработал: нефть была в цене, а незатопленные танкеры остались только у Онассиса. Деньги лились быстрее нефти. «Я бы не получил это все, если бы не отец Ингеборги. Если вы можете переспать с любой женщиной, то выберите ту, от которой можно получить что-то кроме секса».

Норвежские связи себя исчерпали, а нужно было двигаться дальше. Онассис убедил своего конкурента, крупного греческого судовладельца Ставроса Ливаноса, в том, что их совместные капитаны помогут им завоевать мир. Дочери магната Афине было 17, Аристотелю — 40. У Афины было все, о чем мечтал Онассис: молодость, красота и доступ к большим деньгам. С замиранием сердца девушка подслушивала жаркие споры отца с пылким Ари, который заявил, что женится на Афине даже без его согласия. Официальный брак очень помог бы ему с деловой репутацией: «Она молода и богата. Идеальная женщина».

Свадьба состоялась в 1946 году. Афина побаивалась своего мужа, который годился ей в отцы, и поначалу беспрекословно ему подчинялась. Через год у Аристотеля появился наследник — сын Александр. Онассис был счастлив — все шло по его плану. Когда через два года Афина объявила, что снова беременна, Аристотель потребовал, чтобы она сделала аборт. У него уже было все что нужно. Еще один младенец ни к чему. Афина пошла против воли мужа, и у них родилась дочь Кристина — нежеланная и внешне очень похожая на отца. Девочка была настолько некрасивой, что ее даже стеснялись брать на официальные приемы. Вся любовь доставалась сыну, хотя Ари, как в свое время и его отец, скрывал чувства за внешней суровостью. Дети были предоставлены самим себе и родителей видели очень редко. «Дети требуют внимания. Я тоже требую внимания. Мне тяжело с детьми», — признавался Онассис.

Тихая семейная жизнь никогда не входила в планы магната, и он по привычке заводил интрижки на стороне, даже не удосуживаясь скрывать от жены свои частые измены. Терпение Афины закончилось, когда газеты запестрели сообщениями о громком романе ее супруга с оперной дивой Марией Каллас.

Мария боготворила своего Аристо, с которым впервые в жизни изменила мужу и который «пробудил ее женственность и сексуальность»: «Я не знала, что такое секс, пока не встретила моего Аристо. Оказывается, сексом можно заниматься для удовольствия. Я узнала об этом только в 36». «Я любил ее и ненавидел за то, что она делает меня таким сильным и таким слабым», — говорил Аристотель. Мария ушла от мужа-миллионера, который объяснил репортеру: «У этого парня миллиарды, поймите, миллиарды». Получив развод, Мария мечтала выйти замуж за Аристотеля, ведь она полюбила его искренне и нежно, а тот всего лишь покорял очередную вершину. Он признался другу: «Знаешь, сначала было только любопытство. В конце концов я самый знаменитый грек в мире. Теперь она, кажется, меня любит».

Их роман был таким бурным, что терпеливая и молчаливая жена Аристотеля не выдержала и подала на развод, и это стало для Онассиса полной неожиданностью. «Я грек. Я люблю женщин. Что же, из-за этого разрушать семью?!» — кричал он на жену. Ему очень хотелось сохранить и жену, и любовницу, но ни жену, ни любовницу такая перспектива не прельщала.

Мария писала друзьям: «Это безумие, но я не в силах с ним расстаться. Если бы я могла начать все сначала, то все равно пошла бы за ним». В 43 она забеременела и надеялась, что это поможет Онассису принять решение о женитьбе. Не на того напала. Он тут же вынудил ее сделать аборт. Операция прошла тяжело, и Каллас потеряла не только ребенка, но и свой необыкновенный голос. На этом ее певческая карьера и мировая слава закончились. Но даже в глубокой депрессии она не переставала испытывать безудержное влечение к Онассису и бежала к нему по первому зову, даже когда он жил с Жаклин.

Аристотель Онассис и Жаклин Кеннеди

Когда Онассис был впервые представлен на большом приеме Роберту (Бобби) Кеннеди, тот боролся с уголовной преступностью при министерстве юстиции США. Бобби было 27, Аристотелю — 53. Они друг другу очень не понравились. Взаимная неприязнь быстро переросла в ненависть, когда оправдались худшие опасения Онассиса: Бобби узнал, что Онассис купил все свои танкеры незаконно. ФБР постановило арестовывать все его суда, как только те зайдут в любой американский порт. Это было очень некстати — Онассис готовил сделку с Саудовской Аравией и предвкушал гигантские дивиденды. «Бобби, кажется, никогда меня не любил, — говорил Онассис. — Сосунок».

От уголовного преследования магнату удалось отделаться штрафом в семь миллионов долларов. Ему было очевидно, что во всех его проблемах виноват один человек: Бобби Кеннеди. Впрочем, ненавидел он и все США, ведь своей борьбой с диктаторскими режимами они мешали осуществлению его планов по завоеванию мирового господства. Онассис, для которого «деньги не пахнут — особенно большие деньги», воспринимал любой выпад юстиции США как личное оскорбление: «Почему они ко мне пристают? Я всего лишь зарабатываю деньги. Почему бы им не заняться собственными политиками. Вот уж кто прохвосты

Намного удачнее у Онассиса шли дела в княжестве Монако, которое он мечтал превратить в спасительную гавань для состоятельных господ: «Это будут мои пять квадратных километров налогового рая». Он не только скупил все казино и большую часть недвижимости, но и решил предусмотрительно позаботиться о наследнике мужского пола для князя Ренье, иначе в случае смерти князя государство отошло бы к Франции и приняло ее налоговую систему. Онассис считал, что Мэрилин Монро, самая популярная актриса того времени, отлично подойдет князю в жены. Мэрилин была согласна. Она сказа Аристотелю: «Дайте мне провести с ним два дня — и он, конечно же, и сам захочет жениться на мне».

Проблема заключалась в том, что Мэрилин была в то время любовницей Джона Кеннеди, а заодно и его брата Бобби. «Этот сукин сын, который не выпускает из рук Библии, хуже всех в семье Кеннеди», — говорил про него Онассис. Мэрилин тоже была невысокого мнения о семействе Кеннеди: «Все они одинаковы: сначала пользуются тобой, а потом выкидывают, как старые носки». Князю Монако не суждено было жениться на красавице-блондинке. Его суженой позже стала Грейс Келли. «Жаль, что эта затея мне не удалась. Я мечтал посмотреть в глаза всем этим мальчикам Кеннеди, когда их любимую куклу увезут за океан», — говорил Аристотель.

Между тем, Онассис пристально следил за всем семейством Кеннеди — он постоянно искал способ отомстить своим врагам. Они тоже не спускали с него глаз. Весной 63-го Аристотель пригласил на свою знаменитую яхту «Кристина О» сестру Жаклин — Каролину, что очень насторожило братьев Кеннеди. Магнат слишком близко подобрался к их семье. Никто не сомневался, что он затащит Каролину в постель и что она не найдет в себе силы сопротивляться. Так и случилось. Каролина с восторгом делилась с подругами о неуемной сексуальной энергии Ари, а тот, довольный очередной победой над ненавистным семейством, заявлял: «Братья Кеннеди могут еще смириться с тем, что я сплю с Каролиной. Но для них невыносимой будет мысль, что я могу на ней жениться. Я сделаю так, что ненависть ко мне съест их изнутри».

На этом Онассис не остановился. Ему удалось получить согласие самой Жаклин Кеннеди посетить яхту. Для него это было важно, потому что «Бобби сделал это важным» своими запретами. А для Джеки было важно отплатить своему мужу за вечные измены и равнодушие. Братья Кеннеди отговорить Джеки от этого шага не смогли, и Бобби даже позвонил Онассису. «Я ожидал его звонка, — говорил тот. — Я лежал в постели с женщиной, и настроение у меня было просто отличное. Бобби сказан, что они с президентом не возражают больше против моих отношений с Каролиной и что я могу даже жениться на ней. Но я не должен приглашать первую леди». Когда Роберт Кеннеди, второй человек в США, пригрозил уничтожить его, Онассис со смехом ответил: «Мальчик, ты мне не угрожай. Мне угрожали профессионалы, и те не смогли ничего сделать».

Джеки Кеннеди поддалась чарам Онассиса незадолго до трагической гибели своего мужа. Тогда на яхте «Кристина О» Онассис, невысоко оценив драгоценности Джеки, тут же заказал в парижской Van Cleef & Arpels браслет из золота с рубинами стоимостью в 80 тысяч долларов (около 542 тысяч долларов в современных деньгах). Жаклин оценила и этот жест, и все удобства для уважаемых гостей яхты. К их услугам были предоставлены массажист из Швеции, два парикмахера из Парижа, три лучших шеф-повара (француз, итальянец и грек), восемь сортов черной икры, лучшее вино, экзотические фрукты, изысканные деликатесы.

Но больше всего Джеки Кеннеди завораживало то, что Онассис обращался с ней как с желанной и любимой женщиной, а именно этого Джеки недоставало в отношениях с мужем. Достаточно было увидеть ее лицо утром, чтобы не осталось никаких сомнений, что уже тогда, на яхте, при живом еще муже, жена президента не только приблизилась к Онассису на опасное расстояние, но и перешла все допустимые границы. «Когда другой мужчина плохо обращается с женщиной, тебе особенно легко выглядеть в ее глазах героем. Обычно плохо обращался с женщинами я, и поэтому мне понравилось играть роль хорошего парня», — говорил Онассис друзьям.

Бобби, который и сам был влюблен в Джеки, оказался в роли отвергнутого любовника и мечтал «потопить эту чертову яхту». Джон требовал, чтобы Джеки вернулась домой, а Джеки наслаждалась произведенным эффектом и очень хотела, чтобы ее муж испытывал это раздирающее чувство ревности, которое мучило ее долгие годы.

Как только Джон Кеннеди был застрелен, Аристотель тут же отказался от идеи жениться на Ли — он поставил перед собой цель жениться на самой Жаклин. Свое намерение он подкрепил подарком будущей невесте — кольцом с бриллиантом в 40 каратов Marquise Lesotho III (было продано на аукционе в 1996 году за 2,6 миллиона долларов). Против этого союза был один человек — Роберт Кеннеди, которому прочили стать следующим президентом Соединенных Штатов. Однако и он был убит — поговаривают, что на деньги Аристотеля. «Они (семейство Кеннеди) так ненавидели меня, что совершенно забыли, что их еще кто-то ненавидит кроме меня. Я во многом виноват в этом мире, но не во всем», — отвечал на обвинения Онассис.

В октябре 1968-го, через пять лет после убийства Джона Кеннеди, первая леди вышла замуж за греческого магната. На Скорпиос доставили тысячи тюльпанов из Голландии, вереницы судов день и ночь разгружали провизию. Около трехсот журналистов пытались прорваться сквозь сторожевые суда Онассиса. Одному из них даже удалось катапультироваться на парашюте и сделать несколько фотографий.

Американская пресса назвала этот брак «второй смертью Кеннеди», а Жаклин дали прозвище Черная Вдова.

Брачный контракт состоял из 100 пунктов, 99 из которых касались финансов, а 100-й обязывал Жаклин никогда не беременеть. Жаклин получила 3 миллиона долларов на свой счет, а ее дети — по одному миллиону. В случае смерти или развода Джеки причиталось 200 тысяч долларов ежегодно. «Мужчины — это такое странное сочетание добра и зла», — говорила она. Брак был, по сути, фиктивным. Официально он длился шесть лет, но на самом деле с ним было покончено в течение нескольких недель. Джеки с удовольствием тратила миллионы Онассиса, и ему это не нравилось. «С другой стороны, — говорил он, - я получил что хотел. Я отомстил Кеннеди. А Жаклин все равно тратит деньги медленнее, чем я зарабатываю».

К этому времени жизнь Онассиса наполнилась несчастьями. Самым большим ударом для него стала трагическая гибель любимого сына в авиакатастрофе в 1973 году. Александра похоронили в часовне на острове Скорпиос, и Аристотель, забросив все дела, дни напролет проводил в одиночестве. Он тяжело заболел и пережил своего сына всего на два года. «Я ни о чем не жалею, — говорил Онассис. — Я прожил свою жизнь как хотел. Я победил всех самых влиятельных мужчин планеты и переспал со всеми женщинами. Я уверен, что не забыл ни одной. У меня была цель — заработать все деньги мира и переспать со всеми красивыми женщинами. Я очень целеустремленный».